Пополнение в альбоме RUSSIA.
Фотографии сделаны почти год назад в дружественно-инспекционной поездке
на собрание вологодской организации Союза дизайнеров России и далее по
маршруту Вологда, Тотьма, Великий Устюг.
Вологда встретила бодрым, зимним, но солнечным утром, вокзальной суетой и двумя улыбающимися лицами – на перроне встречали Людмила Линдблад, которой вскоре предстояло стать официальной избранной главой Вологодского отделения Союза дизайнеров, и Владимир Ромейко, хозяина Дома Интерьера из Череповца. Погрузив вещи в серую «Шкоду Октавию», мы взяли курс на Великий Устюг. Дорога предстояла неблизкая, так что с завтраком пришлось повременить. От Вологды до Великого Устюга 450 км., состояние трассы неизвестно, да еще зима. Оказалось, что вплоть до Тотьмы дорога на удивление хорошо расчищена от снега, сухая и чистая. С водителем нам повезло: средняя крейсерская скорость была около 140 км/ч. Радовало отсутствие гаишников, хотя по некоторым сведениям стражи дорог любят дежурить у автобусной остановки у населенного пункта Фофанцево. Но, пронесло. Как обычно это и бывает, говорили обо всем понемногу: и о взаимоотношениях с заказчиками, и о союзных делах, и анекдоты травили. Местность достаточно равнинная, лишь пару-тройку раз машина преодолевала спуски и подъемы, не особенно крутые, впрочем. Названия рек здесь стоят отдельного упоминания: Сухона, Шексна, Молога, Ковда, Ковжа, Вожега, Еденьга, ну, и особенно, конечно, Песья Деньга. К большому разочарованию, после проверки в авторитетных источниках, выяснилось, что наименование Песья Деньга - пермско-финское и ни к псам, ни к деньгам никакого отношения не имеет. Вообще, названия на Вологодчине интересные, взять хотя бы Тотьму. Некоторые аборигены всерьез утверждают, что имя пошло от брошенного в сердцах Петром I: «То – тьма!». Романтично, конечно, но авторитетные источники утверждают: «Гидроним имеет финно-угорское происхождение, его основу связывают с коми: тод - "болото", "сырое место, заросшее кустарником", а окончание -ма считают формантом, распространённым в гидронимике Севера». Вот так, никакой лирики… Посовещавшись, решили устроить привал в Тотьме, очень кушать хотелось.
Как ни крути, а километров 200 с гаком отмахали. Вышло довольно удачно, как говорится, с корабля – на бал: на главной площади в самом разгаре масленичные гуляния. Народу – тьма, гуляет Тотьма! А с названиями все интереснее и интереснее: на ближайшей вывеске обнаруживаем: «Тотемский городской Лицей». Нам бы казалось, что если Тотьма, то тотьминский, ан нет – тотемский, будто от тотема. Но рассуждать некогда: «Шашлык стынет, водка греется!». Масленица гудела вовсю: на сцене пилили толстые бревна на скорость и поднимали гири на счет, тетка-конферансье (хотя, скорее ярмарочный зазывала-завывала) выкрикивала что-то тотемно-патриотичное, собаки воровали жареное мясо у зазевавшихся граждан, дети всех возрастов с визгом и хохотом съезжали с ледовой горки… Водка на морозе удивительно хороша, ей-богу, и люди вокруг такие румяные, симпатичные. А вот уже первые, самые лихие парубки пошли на приступ, то есть полезли на голый высоченный столб. На самой верхотуре, на перекладине, где обычно подвешивают подарок, не было ровным счетом ничего. Похоже, это никого не волновало. Надо куда-то удаль молодецкую девать? До верху, пока мы завтракали, так никто и не добрался. Ну, мы не стали ждать этого великого события, как и самого главного масленичного ритуала – сжигания чучела. Пошли искать тотемные достопримечательности.
Недолго искали, надо сказать. В паре кварталов от Торговой площади обнаружилась бело-розовая церковь Рождества Христова. На пороге дружно крестились и троекратно целовались старушки, прощая друг другу обиды (Прощенное Воскресенье).
Неподалеку находится пятиглавая церковь Входа Господня в Иерусалим. Стоит она на улице Ленина и расположен в ней Музей мореходов, а местные жительницы, дай бог им здоровья, дважды назвали ее совершенно другими именами: в одном случае - «Иоанна Предтечи», в другом «Троицкая». (Не так уж и не права была бабушка, упомянувшая «Иоанна Предтечу». Дело в том, что «в тени Входоиерусалимской церкви остались фрагменты стены церкви «Иоанна Предтечи», к слову, самой древней в Тотьме). А между тем, церкви-то не простые. Они относятся к т.н. «Тотемскому барокко»: высокие, длинные и узкие в плане, напоминающие корабли, с картушами на стенах, с характерными угловатыми главками. представляют собой собственную архитектурную школу русского барокко. Много чего еще интересного можно посмотреть и узнать в Тотьме, но мы торопимся на родину Деда Мороза. Дался нам этот Дед Мороз!
Берем курс на Великий Устюг, путешествие продолжается…
Дорога после Тотьмы не то чтобы хуже, она другая: асфальт не проглядывает из под снежного покрова. При встречнике на минуту-другую слепнешь в снежном мареве, да и обгонять не с руки – за попутной такой белый шлейф тянется – будь здоров. Этот кусок пути от Тотьмы до Великого Устюга как-то оказался менее выразительным, что ли. Может просто все устали… Одинаково упакованные в снег деревни за бортом. Если снять с домишек толстые снежные шапки, так же они будут фотогеничны? Вот летом и проверим. В общем, долго ли сказка сказывалась, а доехали мы таки до Устюга. Такого здания ДПС, как в Великом Устюге вряд ли можно где-то еще встретить, чуть ли не избушка на курьих ножках, что-то такое сказочное, с башенкой. Свернули налево по указателю «Вотчина Деда Мороза. 8 км». Доехали. Резные деревянные ворота, ели в снегу, ели на снегу (и пили тоже) коллективы рабочей, в данный момент отдыхающей, молодежи. Забор по периметру. Внутри персонал в маскарадной спецодежде: снегурки, снежинки, 12 месяцев, скоморохи, выпивохи, зайчики с лисичками, девочки с косичками. Прямо по курсу - здоровенный Терем с Большой Буквы «Т» - жилище Деда Мороза. Внутри темно, свет зажигают только перед фотографированием на память с Дедом. По слухам, главный Дед России – это бывший электрик, сделавший головокружительную карьеру, молчун по натуре, обретающий дар речи только в наряде и гриме Деда Мороза. Причем, как-то выражается он на старославянско-церковный манер. И посетители подхватывают по мере сил: « Да, мол, же не манж па сис жур!» Что-то электрик неразборчивое сказал по поводу Снегурки, в командировке она, что ли. Девушка, которую мы ошибочно приняли за оную, оказалась не Снегурочкой, а кем-то еще по сказочному департаменту. А деваха славная, то что в народе называют «кровь с молоком». Впервые в жизни увидел настолько убедительную иллюстрацию народной метафоры. В Тереме помимо Деда Мороза экспонированы артефакты святой детской веры в чудо, в виде писем с заказами подарков, картинками, бумажными поделками. Карты самой Вотчины и России, фото Лужкова и другие малопонятные музейные реликвии. Непаханое поле впереди у организаторов и содержателей, но одно очевидно: народ принял идею. Надо теперь оправдывать ожидания и насыщать сказку подробностями. На территории есть пара сувенирных лавок, гостиница, оранжерея, трасса для слалома на матрасе и много бетонных скульптур. Еще можно покататься на автопаровозике, санях и попрыгать через скакалку. Короче, сделав ритуальные покупки в сувенирной лавке мы все-таки двинули в сам Великий Устюг.
Приехали, конечно, затемно. А жаль, город по первому беглому впечатлению замечательный. Даже если не брать в расчет многочисленные церкви и храмы, городская гражданская архитектура заслуживает всяческого внимания. Что деревянная, что каменная. Но что делать, когда темнеет прямо на глазах? Галопом по Европам - храмы фотографировать. Тяжелый туристский синдром… В общем, снимаем, бабушек останавливаем, названия церковно-архитектурного наследия спрашиваем:
- Добрый вечер, бабушка! А не подскажете как в-о-о--н ту церковь правильно называют? - Как не сказать, сынок… Джон-Мироносец эта церква. - ??? Бабушка, а Вы ничего не путаете? Что за название такое? - Не, не путаю. Я тутошняя, с этих мест. И родня отседова. И мама и папа, царство небесное, и братовья и дядья. Ничо не путаю, сынок. Джон-Мироносец, как есть. - Спасибо, а что еще скажешь?
А сам думаю: «В Тотьме наплели с три короба, а тут вообще заливают! Какой Джон? Откуда тут Джон? Нормальная русская церковь, купола, кресты…» Нажаловался Санжарову, мол, местные вообще связь с реальностью потеряли, сочиняют на ходу!
И тут Владимир Борисович, как старший, более опытный товарищ, все расставил по своим местам: церковь-то Жен Мироносиц. Ладно, с кем не бывает. Это не я глуховат, это у бабки дикция плоха-ха-ха-я…
Стемнело окончательно, до полной непригодности для фоторабот. Добрели потихоньку до своей гостиницы под оригинальным названием «Великий Устюг». Недавно отстроенная, небольшая. Пожалуй, не скажешь, что провинциальная. Материалы современные, сделано качественно, сантехника, оборудование – все на уровне. Думаю, уверенных звезды 4. На первом этаже ресторан, цены умеренные. Жить можно, короче.
Дальше проматываем на ускоренной: дружеская посиделка со звяканием, чоканием и караоканием, селедкой под шубой, соседями под шофе, чересчур громким вокалом-а-не-дать-ли-ему-денег-чтоб-заткнулся, набирающими градус монологами из профессиональной жизни, кофе для полировки, еще кофе, нет, пожалуй принесите в номер…
Утром выяснилось, что зима все еще продолжается. За окном кутался в поземку Великий Устюг, тихонько повизгивая под шагами редких прохожих. Блеклое желтое солнце то ли так и не садилось, то ли только что встало. Безвременье. Хотя часы показывали шесть, потому что завтрак в 8.00, сразу после - отъезд, потому что ехать далеко, а в 15.00 уже люди соберутся. Но поснимать-то надо, несмотря на ужин? Какого Джона перлись в такую даль, если не поснимать по светлу? Минут 45 съемки окрестностей, завтрак с кофе и горячими тостами, дальняя дорога, две удачных гаишных засады, сон вполглаза, а вот уже и пригороды Вологды, а вот и центр, а вот и кафе «Арбат».
